Поиск по сайту

Дизайн для флексопечати: что делать?

     За долгие годы своей работы в полиграфии мне не раз приходилось убеждаться, что для получения хорошей этикетки, которая будет радовать и заказчика, и потребителя, дизайн едва ли не важнее, чем качество печати. Если дизайн этикетки неудачный и макет сделан без понимания сути печатного процесса, то не поможет самая сложная печатная машина и будет бессилен самый искусный печатник – получится обыкновенный ширпотреб. Тот самый, который мы чаще всего видим на полках магазинов. То есть заказчик такую этикетку скорее всего примет – за неимением лучшего. Но мы-то ведь с вами профессионалы! Наша задача – сделать так, чтобы этикетка работала, привлекала внимание покупателя, чтобы она продавала товар, а не просто служила местом для нанесения даты изготовления и штрих-кода. Хорошая этикетка при прочих равных увеличивает объем продаж – это, как говорил О. Бендер, научно-медицинский факт. Помню, как еще в первый год нашей работы один заказчик, поработавши с нами месяц, позвонил мне и с неподдельным изумлением сказал: «Мы стали клеить этикетку – и у нас пошли продажи!» Признаться, я не нашел что ему ответить, хотя над дизайном этикетки для него трудились долго и тщательно, и его слова были тогда для меня высшей похвалой – тем более что, повторюсь, мы тогда только-только делали первые шаги в этикеточном производстве.
     Так что же такое хорошо и что такое плохо в дизайне этикетки, применительно к нашей технологии - флексопечати? Приведу несколько наблюдений из моего практического опыта.
     Прежде всего нельзя забывать, что по меркам полиграфического дизайна этикетка – это, что называется, малые архитектурные формы. Миниатюры, если угодно. Большинство производимых нами этикеток имеют размеры, значительно меньшие формата А5. Увеличивать формат этикетки мы не можем – во-первых, он жестко завязан на размеры тары, куда этикетка клеится, во-вторых, чем больше размеры, тем выше цена. Поэтому если ваш дизайнер привык делать буклеты или листовые календари – для этикетки ему придется серьезно переучиваться. Картинка, которая прекрасно воспринимается и работает на формате, скажем, А4, на этикетке, особенно на маленькой, работать не будет. Характерный пример: была у нас в свое время этикетка на томатную пасту. Прекрасно сделанная, хорошо напечатанная, с сочными красивыми помидорами, которые хотелось тут же, немедленно съесть. Формат был под жестяную банку 850 мл (100х314 мм). Так вот, когда заказчику понадобилась этикетка на стеклобанку 250 мл и он захотел ее сделать в том же дизайне, просто уменьшив, получился, что называется, epic fail. При уменьшении потерялись все подробности, которые делали помидоры вкусными – крапинки на кожуре, крупинки на изломе, округлые объемные семечки. Остались условные красные помидоры на условном зеленом фоне и желтые буквы названия. Естественно, вылез черным частоколом штрихкод – для его масштабирования есть жесткие пределы, поэтому его нельзя уменьшать бесконечно. Для нас самих это стало весьма неприятной неожиданностью, но, как говорится, век живи – век учись. Поэтому для маленькой этикетки гораздо сложнее сделать хороший дизайн, чем для большой – как это ни парадоксально.
С маленькими этикетками есть еще одна сложность – при небольшом формате величина растровой точки, которая, как известно, во флексографии по сравнению с офсетом довольно крупная, становится соизмерима с размерами некоторых элементов дизайна. Особенно весело, когда данный элемент сделан CMYK-ом да еще с малыми плотностями. На экране оно, конечно, выглядит красиво; ну а если напечатать – там растровые точки можно будет считать невооруженным глазом, словно цыплят по осени. Хорошо еще, если анилоксы высоколиниатурные и если изготовитель флексоформ, прежде чем делать формы, позвонит и предупредит о возможных проблемах; ну а если нет, тогда, как говорится, «увидим в тираже». Увиденное в таких случаях совсем не радует.
Раз уж мы тут заговорили о мелких деталях, нельзя не сказать о тексте. Как правило, даже на самой небольшой этикетке приходится размещать большое количество текстовой информации. По требованиям технологии мы не можем применять слишком мелкий шрифт (менее 4 pt), а при печати вывороткой требования и того жестче – не менее 7 pt. Но даже и при большем размере типичная ошибка – задать текст несколькими цветами. Какова бы ни была точность приводки машины, сколь бы ровно ни наклеили формы при монтаже – совмещение на таком макете становится мучением для печатника, отсюда неизбежное снижение производительности, большой расход материала и как следствие – высокая себестоимость заказа. При этом с точки зрения дизайна не имеет ровно никакого значения, будет ли шрифт размером 5 pt задан темно-коричневым (а в нем получается три цвета) или черным. Впрочем, бывает и гораздо хуже – это когда мелкий шрифт задан вывороткой по плашке, состоящей из трех цветов. Тут от цветных ореолов уйти не удастся по поеределению.
     Кстати о цветах, точнее об их количестве и совмещении. В некоторых кругах почему-то принято считать, что чем больше цветных элементов и чем больше красок в макете, тем он красивее. Что ж, это дело вкуса дизайнера (или отсутствия такового). Однако менеджер, отвечающий за заказ этикетки, должен понимать, что чем больше красок требуется для печати этикетки, тем меньшее количество типографий может его напечатать – девяти- и десятисекционные машины есть далеко не у всех. Отсюда меньшее количество предложений, а раз конкурентов мало, то и цену особенно не уронишь. К тому же чем больше секций в машине, тем больше расход материала на приладку, что опять-таки отрицательно сказывается на себестоимости заказа.
     Об использовании пантонов. Почему-то никто из дизайнеров, задающих в серии из десяти этикеток по два пантона, меняющихся в зависимости от вида продукции, не задумывается о том, что такое смена пантона на практике. При смене пантона печатнику приходится не только тратить время на его смешивание и подбор, но и каждый раз полностью смывать печатную секцию (или несколько). Хорошо, если краска УФ-отверждения, которую можно слить из кипсейки и использовать повторно; ну а если водная, тогда все остатки пойдут в отходы – и снова привет экономистам.
     По моему глубочайшему убеждению, наиболее правильное использование пантона в этикетке – когда он один, общий для всех этикеток, обозначающий фирменный или корпоративный цвет. Можно, конечно, обозначать своим пантоном каждый вид продукции, но это весьма скользкий путь – по той простой причине, что видов может быть много, и для каждого будет весьма сложно подобрать цвет, заметно отличающийся от других. Помню, один заказчик, крупный переработчик фруктов и ягод, был всерьез убежден, что можно применить разные цвета плашки для обозначения брусничного, клубничного, земляничного и клюквенного конфитюров – при том, что в реальности это разные оттенки красного. Мой главный аргумент для таких случаев гласит, что цветов в радуге всего семь, а потому и в макете надобно знать меру. Как правило, срабатывает. Для обозначения же разных видов продукции лучше использовать различные картинки – так оно нагляднее, да и естественнее. Если этикетка совсем простая, то можно использовать пиктограммы или схематические изображения. Помимо удобства покупателя, такие различия помогают и рабочим на конвейере, которые пакуют продукцию, и исключают варианты, когда на клубничный джем наклеят этикетку от сливового.
Теперь поговорим о дизайнерах и об их квалификации. С проблемой подбора дизайнерских кадров рано или поздно сталкивается любая растущая типография. Казалось бы, на рынке труда полным-полно соискателей на данную должность, но тут нас подстерегают множество скольких моментов.
Прежде всего, не все из тех, кто научился включать компьютер и освоил один векторный (как правило, CorelDraw) и один растровый (неизменный Photoshop) редактор, могут носить гордое имя дизайнера. Вроде бы банальное утверждение, однако ж на практике таких соискателей, наверное, треть от общего количества.
Вторая категория соискателей – выпускники различных школ, курсов и даже факультетов дизайна в вузах. Дизайнеров нынче не готовит, кажется, только ленивый; получивши же свидетельство или диплом, свежеиспеченные выпускники внезапно обнаруживают, что трудоустроиться по специальности не так-то просто. Для них это тем больнее, чем выше их самооценка. Когда тебе в течение всей учебы внушали, что ты творец и великий художник, то перспектива работы дизайнером в салоне корпусной мебели ИП Пупкин, где дизайнер воспринимается как «девочка на компьютере» и где ему приходится быть немного менеджером, немного бухгалтером, немного секретарем, да еще и рисовать макеты, как-то совсем не радует. Чтобы получить вакансию в типографии, желателен опыт работы в полиграфии, а без опыта в полиграфию обычно не берут. Такой вот заколдованный круг.
     Есть среди соискателей дизайнеры с опытом. Общий недостаток у них, собственно, всего один – практически все они работали в офсетных типографиях, поэтому им приходится переучиваться с учетом особенностей технологии флексопечати. Скажем, для дизайнера-офсетника бывает откровением, что заданные в макете 100% желтого могут дать самые разные цвета в зависимости от растискивания или применяемого анилоксового вала. Им очень тяжело привыкнуть и к худшему совмещению, и к более крупной точке, а уж раппорты и интервалы для него надолго останутся китайской грамотой. Поэтому главное качество, требуемое от них – искреннее желание учиться и совершенствоваться. Собственно, то же самое требуется и от других соискателей.
     Некоторые типографии предпочитают иметь в штате дизайнера, точнее, верстальщика, для оперативного выполнения простых работ, сложные же макеты отдавать сторонним дизайнерам или дизайн-студиям. На мой взгляд, такой способ работы имеет существенный недостаток – сторонний дизайнер работает в первую очередь на себя и ему крайне сложно проникнуться корпоративной культурой компании, без чего вы никогда не получите настоящего качества. К тому же здесь здорово страдает оперативность – велики затраты времени на пересылку макетов, разного рода доработки и согласования.
Раз уж мы заговорили о дизайн-студиях, надо и о них сказать несколько слов. К великому нашему сожалению, на рынке полиграфического дизайна расплодилось огромное количество игроков в лице независимых дизайн-студий, активно продвигающих сои услуги. Все они как следует поднаторели в том, чтобы рисовать красивые картинки и продавать их заказчику. При этом как это все будет печататься, кем, по какой технологии, с какой производительностью и самое главное, за какие деньги – их совершенно не интересует. В результате имеем следующее. Вначале руководство компании разрабатывает стратегические планы, предусматривающие вывод на рынок новых продуктов или ребрендинг (редизайн) старых. Затем маркетологи облекают эти планы в материальную оболочку и нанимают дизайн-студию, которая рисует им макеты упаковки и этикетки. Макеты эти утверждаются, как правило, на самом высоком уровне – первыми лицами компании. Затем в дело вступают опытные игроки из отдела снабжения, задача которых – разместить заказы на изготовление этикетки на максимально выгодных для компании условиях. Потенциальные поставщики начинают рассчитывать себестоимость и вот тут-то начинается самое интересное. Зачастую какие-то малосущественные детали удорожают будущую этикетку в разы, а изменить в высочайше утвержденном макете нельзя ничего. Что написано пером – не вырубишь топором. Самое обидное, что на разных стадиях этого процесса за него отвечают самые разные люди, зачастую не объединенные общей целью. Цель есть у руководства компании, и зачастую все проблемы можно решить только при их помощи, но и тут есть свои минусы – требуется время для согласования, организации встречи и т.д. и т.п.
     В общем, сторонние дизайн-студии, к сожалению, создают нам множество проблем и их макеты в любом случае приходится дорабатывать под особенности технологии. На практике проще иметь в штате типографии квалифицированных дизайнеров, креативных и притом знающих технологию. Квалифицированный дизайнер в нашем понимании – это тот, кто уже по макету может сказать, насколько этикетка окажется сложной для печати, может показать технологически сложные места и предложить, как их исправить. Именно так мы и работаем, и наш подход представляется нам наиболее перспективным.

Владимир Глазков